Современники Ушакова.

Для начала позволю себе небольшую цитату из замечательного отечественного историка Е.В. Тарле. «Давно отмеченный Грибоедовым недуг части русской общественности в XVIII – XIX вв.- доходившее иногда до подобстрастия преклонение перед Западом, перед иностранцами главным образом потому, что они – иностранцы, — сказался и на посмертной участи Ушакова. Только в наши дни его имя получило достойное всенародное признание». Слова эти написаны вскоре после Великой Отечественной войны. Совсем недавно был учреждён орден Ушакова, а вскоре будут сняты фильмы «Адмирал Ушаков» и «Корабли штурмуют бастионы». Но перед этим, да, более ста лет почти полного забвения. С чем это связано? Нам сегодня трудно понять, как так получилось, что величайший русский флотоводец  10 лет после отставки живёт у себя в имении, сравнительно недалеко от Москвы, и к нему не приехал ни один историк, журналист, писатель. Да, можно сослаться на нашествие войск Наполеона, пожар Москвы, было не до отставного адмирала, но хотя бы Адмиралтейство могло послать специального офицера для записи воспоминаний. «В назидание потомкам», как говорится. Биографы Ушакова впоследствии сказали немало горьких слов в адрес «ленивых и нелюбопытных»  современников великого флотоводца. Об Ушакове постепенно стали забывать. Зато в комнатах кадетов – будущих офицеров русского флота висели портреты Нельсона. Обратимся опять к Тарле: «ближайшие к Ушакову поколения беспрекословно признали в искусстве ведения морских операций первенство и превосходство Нельсона над Ушаковым, даже не желая считаться с тем хронологически точным фактом, что Ушаков в своих флотоводческих приёмах, в своей тактике морского боя явился новатором в полном смысле слова». Тарле указывает на очевидное обстоятельство: почти все главные сражения Ушакова (за исключением Корфу) уже отгремели, когда Нельсон только выходил на военно – морское поприще. Таким образом «никаких «уроков» у Нельсона русский флотоводец уже никак брать не мог». Тем не менее, в общественном сознании прочно укоренён образ Нельсона, но не Ушакова. В российском общественном сознании, уточним. Может быть, это происходит и потому, что англичане чрезвычайно серьёзное внимание уделяют возвеличиванию или, говоря сегодняшним языком, «пиару» своих героев. В Лондоне в 1843 г. менее чем через сорок лет после знаменитого сражения появилась Трафальгарская площадь, с величественной «колонной Нельсона» в центре. Трафальгарская площадь для британцев нечто подобное по роли в историческом сознании нашей Красной площади. На ней проводятся все величественные и пышные государственные церемонии. У нас название «Площадь Ушакова» появилось на картах только в 1954 г. в Севастополе.

Похороны Ушакова, как мы уже говорили в предыдущей статье проходили не по «государственному разряду», а в частном порядке. Никаких представителей царского двора, Адмиралтейства на них не было. Даже не будем сравнивать с похоронами Нельсона, ставшими общенациональным трауром.

Но необходимо всё же сказать несколько слов в защиту современников Ушакова. При внимательном рассмотрении всегда найдётся человек, который сумеет перед потомками оправдаться за равнодушие окружающих. Таким человеком в нашем случае стал Егор Павлович Метакса. Человек удивительной судьбы и, увы, почти забытый сегодня. Егор Метакса – сын первой и единственной возлюбленной Фёдора Ушакова. Мы уже писали об этой драматической истории. Невеста не дождалась молодого офицера и, по настоянию матери, вышла замуж за богатого греческого купца. У пары на острове Крит в 1775 г. родился сын Егор. В 1785 г. Егор Метакса становится воспитанником учрежденного Императрицей Екатериной II корпуса Чужестранных единоверцев («Греческая гимназия» в Санкт-Петербурге), где обучается военно-морскому делу.Видимо, именно в этот период Егор попадает в поле внимания Ушакова. Адмирал решает позаботиться о судьбе чужого, но рождённого от некогда любимой женщины ребёнка.  В 1791 г. Е. Метакса получает чин мичмана, переведен с Балтики на Черноморский флот. Тогда же молодой офицер принял участие в сражении с турецким флотом у мыса Калиакрия (северная Болгария).В 1798 г. Метакса  отправляется из Севастополя в Константинополь в составе эскадры под командованием вице-адмирала Ф.Ф.Ушакова.

15 сентября 1798 г. Ушаков назначает Метаксу переводчиком и своим связным на турецкий флагманский корабль, входящий в состав русской эскадры. Обладая недюжинным литературным даром, Егор Метакса становится неофициальным летописцем Средиземноморского похода Ушакова.

Именно благодаря ему и его книге «Записки флота капитан-лейтенанта Егора Метаксы», в которой рассказывается о боевых действиях русского флота, мы в деталях знаем о подвигах адмирала Фёдора Ушакова.В 1823 г. наследники Ф.Ф.Ушакова передают Метаксе личный архив документов адмирала. Этот архив дополнил книгу, написанную им о походе Ушакова к Ионическим островам уникальными историческими фактами.Спустя 80 лет после смерти Егора Павловича, в 1915 г. была впервые издана его полная версия под названием «Записки флота капитан-лейтенанта Егора Метаксы». Найти сейчас эту книгу в бумажном виде чрезвычайно сложно. Хотя она является редчайшим и оттого бесконечно драгоценным свидетельством очевидца бок о бок прошедшим с Ушаковым всю сложнейшую Средиземноморскую компанию. Остаётся только уповать на волю Провидения и просыпающееся в России понимание важности исторического самосознания, что книга будет переиздана и её сможет приобрести любой человек, интересующийся историей отечественного флота.